Март 2026 года, совместная американо-израильская операция «Эпическая ярость» должна была продемонстрировать всему миру абсолютную мощь президента США: Америка вернулась, решительная и бесстрашная. Однако что-то пошло не по плану. Вместо падения цен на энергоносители и быстрой смены режима в Тегеране мир стал свидетелем беспрецедентного геоэкономического пожара. Стратегически важный Ормузский пролив фактически заблокирован; мировые цены на нефть и сжиженный природный газ (СПГ) стремительно растут; военные издержки, уже достигшие астрономической суммы в миллиард долларов в день, продолжают увеличиваться; отношения с бывшими союзниками по НАТО с каждым днем становятся все более напряженными. В итоге рейтинг Трампа не только у американского электората, но и в его родной республиканской партии достиг дна с момента начала его второго срока. Причем эти события — не единичный случай, а скорее часть нынешней модели поведения Дональда Трампа в качестве президента Соединенных Штатов. Поэтому главный вопрос, который сейчас задают себе многие эксперты, заключается уже не в том, сработает ли расчет Трампа по Ирану, а в том, насколько большим может стать ущерб от такой непредсказуемой политики в целом для мировой экономики. Экономические последствия конфликта выходят далеко за региональный уровень И основания для пессимистичного сценария, как говорится, налицо. В ответ на внешнюю агрессию Иран нанес точечные удары по нефтяной и газовой инфраструктуре Персидского залива и де-факто превратил Ормузский пролив, важнейшую в мире логистическую артерию, в зону боевых действий. А этот пролив — не просто узкое место на географической карте. Через него проходит 20—30 процентов мировой торговли нефтью, включая 34 процента ее морского экспорта, 20 процентов торговли СПГ и 18 процентов химических грузов, до 5 процентов мировой контейнерной торговли. Он также обеспечивает транзит около 25 процентов мирового экспорта мочевины и значительную часть аммиака (15 процентов мирового объема). Что, в свою очередь, ставит под угрозу до 50 процентов всего мирового экспорта азотных удобрений. Ведущие судоходные компании уже объявляют о введении чрезвычайных надбавок и корректировке цен на морские перевозки, которые обеспечивают около 80 процентов всего международного трафика. Как следствие, перевозчики начали перенаправлять суда вокруг мыса Доброй Надежды, что также увеличивает стоимость трафика. По данным ЮНКТАД, только текущее удорожание логистических цепочек коснулось товарных поставок на сумму в десятки триллионов долларов в эквиваленте. Сценарий новой «победоносной войны» на Ближнем востоке пошел по самому негативному варианту. Стратегия Трампа в отношении Ирана с самого начала основывалась на трех предположениях, все из которых оказались ложными.